Уроженец Донецкой области, десантник 25-й бригады рассказывает о том, как колонна Гиркина пыталась прорваться в Краматорск в ночь с 4 на 5 июля 2014 года.

- Зачем меня вызвали в Киев? Неужели без меня нельзя было все решить? - каждая поездка в столицу с передовой должна быть связана с исключительно важной причиной. Иначе Андрей просто не понимает, зачем нужно покидать зону АТО. - Осенью, когда мы находились в Авдеевке, мое подразделение усиливало 122-й батальон, мне дали всего полчаса на сборы. В Киеве из Министерства обороны, куда я и прибыл, меня отправили в Мариинский дворец. Но представить, что мне вручат Звезду Героя, даже не мог. Да и сейчас не могу понять, за что мне ее дали. Я просто выполнял и выполняю свой долг, свою работу.

Сестра узнала о моем награждении из интернета. Она и сказала родителям. Я к ним заехал ночью, возвращаясь из Киева. Оставил коробку с наградой и утром уехал в Авдеевку. Звезду Героя еще ни разу не надевал – повода не было.

Андрей выглядит очень молодо, как подросток. Хотя в прошлом году ему исполнилось тридцать лет. Недавно он женился. С 2014 года десантник вместе с бригадой прошел все самые опасные бои. И продолжает нести службу. Буквально на днях подразделение вышло на ротацию из-под оккупированной Горловки.

– В 2014 году один из местных телеканалов сделал из меня врага народа, – рассказывает Андрей. – В апреле нужно было отсечь сепаратистов, не позволить им продвинуться в сторону Харькова и Днепра. И я, хорошо зная местность, ставил блок-посты между городами Димитров и Красноармейск. Мы тогда не афишировали, кто откуда родом. Не знаю, как местные журналисты прознали, что я уроженец Донецкой области. Но факт в том, что на одном из блокпостов ко мне подошел мужчина, расспрашивал, что мы делаем, а в это время все украдкой снималось. В итоге позже я увидел сюжет, который рассказывал о том, что я, хоть и местный житель, но переметнулся на сторону фашистов.

Один из запоминающихся боев, которым командовал Андрей, произошел на дороге Славянск – Краматорск в ночь с 4 на 5 июля 2014 года.

К тому времени боевики Гиркина несколько месяцев удерживали Славянск. Изначально отряд Стрелкова, именно такой позывной носил Гиркин, насчитывал около пятидесяти человек. Его основа сформировалась еще в Крыму, где Стрелков создавал для Аксенова отряды "самообороны". До бригады из нескольких тысяч человек группа разрослась в мае-июне за счет добровольцев. К началу июля Славянск был окружен украинской армией. На всех дорогах стояли блокпосты. В ночь с 4 на 5 июля группировка Гиркина попыталась прорваться из Славянска в Краматорск.

15 бойцов взвода Нацгвардии из 2-го батальона Самообороны Майдана, 43 бойца 25-й парашютно-десантной бригады под командованием тогда еще капитана Андрея Ткачука, 14 бойцов милиции бывшего запорожского "Беркута" во главе с полковником Александром Панченко не позволили противнику прорваться. В этом бою были уничтожены танк Т-64, две БМП -2 и одна БМД-2. Огнем артиллерии с Карачуна была уничтожена живая сила врага и подбит вражеский КамАЗ с оружием. Это был единственный бой при выходе врага из Славянска. После этого колонны свернули на проселочные дороги и ушли в Донецк.

Вот как события той ночи вспоминает Андрей Ткачук.

– На блокпосту возле стелы с названием города мы стояли два месяца, – рассказывает Андрей. – Установили его в ночь с первого на второе мая вместе с бойцами "Альфы". Нас было человек пятнадцать. Там, у торгового рынка, находился сепаратистский пост. Правда, мы об этом не знали. Шли деблокировать Славянск с краматорского аэродрома. И внезапно дорога оказалась перегороженной. Пост мы раздавили, выбрали место и поставили свой блок-пост, начали дежурство. И в три часа ночи приняли первого человека с оружием – ехал записываться в ополчение. В те дни шли бои за Карачун, который хорошо было видно с нашего блокпоста.

Когда местные жители поняли, что на выезде стоит украинская армия, начали приходить к нам, называть нас "Правым сектором", кричать, чтоб мы уходили из их города. Мы говорили: "Ваш город начинается за стелой". Тогда услышали: "Зачем вы пришли на нашу землю?" Ну тут уже я не молчал, сразу отвечал: "Это и мой край. Я родом из Красноармейска. Так что защищаю свою землю". Многих это заставляло замолчать.

Именно там, на блокпосту, мы фактически и учились воевать. Сначала нас было мало. "Альфовцы", которые несколько дней находились вместе с нами, вскоре уехали. Нам прислали пять человек из ивано-франковского "Беркута". Все равно этого было не достаточно, чтобы в полной мере дежурить на съезде в город. Я состыковался с Нацгвардией, и оттуда прислали пятнадцать бойцов, благодаря чему мы усилили высоту возле блок-поста. Также нам прислали еще десять человек из ивано-франковского "Беркута". Вместе мы несли службу более месяца. За это время не один раз происходили столкновения с боевиками. У нас были раненые и погибшие. Погиб один мой боец, а двое сослуживцев получили ранения, также погиб один ивано-франковец и трое его сослуживцев были ранены.

Затем на смену ивано-франковскому "Беркуту" прилетели представители запорожского "Беркута". Понимая, что предстоит вступать в бой, мы постоянно готовились, учились. "Беркутовцы" нас учили, как правильно проверять машины, подходить к водителю, что в это время второй человек должен контролировать ситуацию на расстоянии. Поэтому мы были готовы к финальному моменту, который произошел в начале июля.

– Когда я со своими бойцами заехал на этот блокпост, увидел перед собой молодых ребят, которые годились мне в сыновья, – добавляет полковник Александр Панченко. – У меня опыта службы, да и жизненного, было гораздо больше, поэтому мы вместе начали улучшать и условия жизни в окопах, и готовиться к возможным атакам врага. Разбирали возможные ситуации, планировали, готовились. Все это и пригодилось.

...Бой начался около 23 часов ночи. И длился он около двух часов. В 25-й бригаде двое десантников погибли, четверо получили ранения. У запорожцев был один раненый.

– Сначала по нам отработали из миномета, – рассказывает Андрей Ткачук. – Первым на блокпост вышел танк Т-64 противника. С него сразу же открыли огонь по блокпосту. После этого наш шлагбаум разбивает первая БМП-2. В нее попадают гранатой. Но она продолжает вести огонь. Броня начинает гореть. Вслед за ней появляется вторая БМП-2 с пехотой и БМД-2 противника. Завязался бой. Важно было не допустить прорыва противника в направлении Краматорска. Для поражения противника применялись все виды вооружения, которые были в нашем арсенале. Перекрестным и сосредоточенным огнем мы пытались создать так называемый огневой мешок, чтобы удержать и не выпустить противника. Вокруг все взрывалось и горело. Танк противника был остановлен минным шлагбаумом и уничтожен перекрестным огнем из ручных противотанковых гранатометов с трех позиций при поддержке огнем из вооружения БМД-2. Одна БМП-2 при наезде на минный шлагбаум тоже подорвалась. Да и огнем из гранатометов ее поливали. Гусеницы БМД-2 противника были блокированы, и она, потеряв управление, была расстреляна и уничтожена огнем стрелкового оружия и ручных противотанковых гранатометов. Вторая БМП-2 была уничтожена огнем гранатометов и БМД-2, по ней велся огонь, пока она не загорелась полностью. Также по пехоте и бронетехнике противника работало подразделение десантников и бойцов Нацгвардии со скрытой огневой позиции, которая находилась выше блокпоста. Руководил им командир взвода старший лейтенант Андрей Вашкур.

Эти снимки сделаны ровно через неделю после боя на 5-м блокпосту. Сожженные машины и бронетехника оставались на тех местах, где их остановили украинские бойцы

Андрей берет лист бумаги и начинает рисовать. Отмечает позиции, на которых находились его бойцы, показывает, откуда и в какой последовательности ехали БМП и танк противника. Как их расстреливали из гранатометов.

- Я перемещался между ребятами на позициях, - говорит Андрей. - Все работали четко, никто не сдрейфил. Поэтому через наш блок-пост и не смогли пройти. Правда, спустя время возникли вопросы, кто именно подбил танк, а кто поразил те БМП. Не могу точно ответить на эти вопросы. Шел бой. И тогда главным было сделать так, чтобы противник не прошел, да и ведь по бронетехнике противника стреляли из гранатометов сразу несколько бойцов с разных позиций, где были и наши десантники, и запорожские "беркутовцы". Также против бронетехники были применены минные шлагбаумы.

– Для меня бой начался с двух легковушек, которые ворвались на блокпост на большой скорости, – дополняет рассказ десантника Александр Панченко. – Из первой машины – это была "десятка" ГАИ – открыли пулеметный огонь по нам, и мы ее уничтожили. Во второй машине находились две девчонки. Одна – представитель батальона специального назначения "Рысь", снайпер. Вторая оказалась корреспондентом "РЕН–ТВ". Мы их арестовали и посадили в окоп. Никакого сопротивления они не оказывали. Минут через двадцать после этого на нас пошли танки. Первый я увидел в тепловизор, поэтому дал команду бойцу Бажуре включить фару. Танк выстрелил два раза, после чего я попал по нему. Он начал трещать, с люков повалил дым. Экипаж выпрыгнул и начал вести огонь по нам. После этого появилась БМП, которая попала на наши противотанковые мины. Мы задержали оператора–наводчицу из горящего БМД, так она позже рассказала, что Стрелков ехал сзади на белом джипе, а два танка шли рядом. Но когда они увидели, что мы разбиваем колонну, развернулись, один танк упал в кювет, а второй ушел через пшеничное поле... Потом прорывается еще одно БМП. Мы расстреливаем пехоту и в конечном итоге я стреляю из РПГ, подбиваю и это БМП. Еще одна БМП пролетает мимо нас. Мы расстреливаем ее вместе с десантниками, с моими бойцами. Десантник с позывным Дед бросал мне и моему бойцу магазины и гранаты...

В конечном итоге на блокпосту были уничтожены один танк, две БМП–2, одна БМД–2 и один легковой автомобиль. Более двадцати человек пехоты убили.

За этот бой Андрей Ткачук получил орден Богдана Хмельницкого, а Панченко – "За мужество". Но бойцы, которые видели все своими глазами, которые воевали бок о бок с этими героическими бойцами, постоянно говорили о том, что оба заслужили большего. Поэтому наградной совет негосударственного ордена "Народный герой Украины" принял решение и наградил этим высоким званием обоих офицеров. Андрей Ткачук получил орден в 2015 году, а Александр Панченко – в 2016-м. Также звание "Народный герой Украины" получил и Андрей Вашкур. В ноябре прошлого года президент подписал указ о присуждении Андрею Ткачуку звания Героя Украины. Об Александре Панченко, которого участники того боя тоже считают героем, почему-то не вспомнили. Оба офицера продолжают защищать Украину – каждый на своем месте. В данный момент Александр занимает должность заместителя начальника патрульной полиции Запорожья. Андрей служит в родной 25-й бригаде, получил звание майора.

– После событий под Славянском мы взяли хороший темп, освобождая наши территории, – рассказывает Андрей Ткачук. – Быстро и нахрапом дошли до Углегорска и Нижней Крынки.

В ночь с 22 на 23 августа меня ранило в руку. Это было возле Нижней Крынки. Во время перестрелки я почувствовал, как пуля вошла в палец и вышла через ладонь. За два месяца все срослось. Даже сухожилия восстановились. Но что самое удивительное – все линии ладони, срастаясь, совпали. Вскоре я вернулся в бригаду. Но уже увидел совсем другую войну. Летом 2014-го мы шли в наступление. А теперь ведем оборонный бой.

– Почему ты решил пойти в армию?

– Отец часто рассказывал о службе, о том, какое в армии братство. Он же служил в авиации. У него долгое время было больше прыжков с парашютом, чем у меня. Как многим пацанам, мне нравились фильмы про войну. Все это и сыграло свою роль. Я поступил в Одесский институт Сухопутных Войск, после окончания которого попал в 25-ю бригаду. Сестра моя замужем за офицером. Так что, можно сказать, армия – это у нас семейное.

– Какие бои были самыми тяжелыми?

– Даже не знаю, – после паузы отвечает Андрей. – Вместе с десантниками 95-й бригады мы участвовали в освобождении Лисичанска. Воевали в Дебальцево, дошли до Чернухино, дальше были Шахтерск, Углегорск, Ждановка и Нижняя Крынка. Важно освобождать свою страну. И я буду это делать до тех пор, пока мы не победим.

Виолетта Киртока, "Цензор.НЕТ"

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 5.00 (1 голос)