Глава района Владислав Рябченко поблагодарил всех, кто пришел на митинг, особенно жителей отдаленных сел: «Эта вакханалия, которая началась с сентября, стала возможной тогда, когда вступило в законную силу последнее решение суда – министерство природных ресурсов четырежды пыталось отсудить эти земли сельхозназначения, покрытые лесом, в лесной фонд. Тогда бы все законы Российской Федерации встали бы на защиту этого соснового бора. Но суды проиграны и мы видим, что с сентября началось....» 

- Так вот тогда и надо было начинать!

- Почему вы нас тогда об этом не оповестили?! Сказали бы — жители, мы проигрываем суды! Давайте, пожалуйста, всем миром на защиту!

- Вам, власти, надо было собирать митинг именно тогда!

«Давайте по порядочку. Мы об этой проблеме не молчали никогда, на всех сходах и в Тондошке, и Верх-Бийске мы говорили об этом. И все прекрасно знают собственников этих земельных участков. Эта земля стоит сосновым бором на протяжении как минимум 70 лет, и ни у одного собственника не возникала мысль вырубать бор. Вы почему об этом-то не говорите? Сегодня приехали политические партии, чтобы свои лозунги здесь заявить, и забывают уже о том, что нам надо лес сегодня отстаивать, а не соревноваться, кто красивее говорит... Нам сохранить лес надо. И на этом нужна поддержка всего Турочакского района. Чем больше мы будем собираться, чем больше будет митингов, тем вернее нас услышат. И не надо делать политику из защиты леса. Экология и политика — это два разных момента», - продолжил Рябченко.

«Сейчас-то что делать? Кто ответит за это?» - кричали из толпы.

- Сегодня очень правильно сказали — Дайбовский лес является примером того, как у нас будем на всем протяжении до Артыбаша, - говорил глава района. – если мы с вами сегодня промолчим. Вроде бы везде по закону...

- Менять законы такие! Власть не может справиться — власть менять!

- Правильно!

- С властью отдельно разберемся, - сказал Рябченко.

- В Турочаке когда лес прекратят рубить? - поинтересовалась у него женщина.

- В районе лес не прекратят рубить, - отвечал они тут же вызвал новый шквал эмоций: «О-о-о-о! Нормально!», «Да мы про Турочак!»

Далее последовал краткий экскурс в историю района от Владислава Рябченко – он сказал, что Турочакский район с самого основания живёт лесом и лесопереработкой, запретить это — решение популистское и не приведет ни к чему. Сохранить красоту на берегах Бии, по пути к Телецкому озеру — вот что важно, потому что район туристический. «Да не для туристов, для самих, причем тут...» - прозвучало из толпы. «Так у нас полрайона приехавшие», - ответил глава района. «Почему в сентябре не было собрано вот это? Надо же предвидеть. Власть для чего? Чтоб предвидеть. Власть должна для народа работать, а не народ для нее. Вы только деньги народные прожираете, а ни хрена не делается. («Правильно!», аплодисменты. Свист, - прим. авт.) Вот сами собрались и сами написали, а вы где? А Осипов где? Вообще ни одного предложения не было ни о чем! Стоим, г**но в ступе толчем!», - высказался мужчина из толпы.

- Давайте продолжим. Все-таки сегодня ответственность основная лежит на собственниках этих земельных участков, если мы будем сегодня искать виноватых...

- Надо искать! И сажать с конфискацией! Надо искать! - не сдавался оппонент главы района. - Передать в суды всю эту хрень!

- На последнем совещании у главы республики дано поручение, уже очередное поручение, работает комиссия прокуратуры, проводится проверка по всем — и по собственникам...- говорил Рябченко.

«Комиссия должна быть не местная, и даже не региональная, а должна быть московская», - прозвучало мнение, и Владислав Рябченко согласился с этим: «Без этого митинга нам не привлечь внимание Москвы», и сообщил, что в это самое время в Новосибирске проходит экологический форум, где присутствует министр природных ресурсов Алисов и одним из пунктов его доклада как раз будет ситуация в Турочакском районе. Там занят и экологический фонд «Зеленый стандарт», о котором говорили ранее, в фонде знают ситуацию по Республике Алтай. «Наш вопрос на этом форуме звучит одним из основных. Ничего другого мы не можем придумать, кроме как заявлять об этом, кричать, и митинг наш является тому подтверждением, - подчеркнул Рябченко. - я также хочу обратиться через фракцию КПРФ, вот депутат Госсобрания... Он выдвинулся по спискам партии. Ну и что, вы сегодня не можете лишить его неприкосновенности, что ли, депутатской, за эти деяния, которые здесь творятся? Ведь решение о своде леса все равно принял собственник, и никто другой — ни администрация, ни президент России... (аплодисменты, - прим. авт.) И потом, мы сами говорим — земли сельхозназначения, они числились как выпаса у нас. Что мешает сегодня без свода леса пасти там скот? Скота нету, и все об этом знают прекрасно, это афера чистейшей воды. Надо искать законные способы аферистов вывести на чистую воду, тогда мы сохраним свой сосновый бор, другого выхода нет». Народ снова стал говорить о роли власти в этом вопросе, а Владислав Васильевич отметил, что ожидал большего количества участников митинга, «судя по соцсетям, я думал, человек 500 приедет... но я думаю, это только начало и первый митинг по этой проблеме. Мы готовы сегодня такой митинг организовать вместе с организаторами в Республике Алтай, давайте выезжать и бить тревогу». Прокуратура же, по его словам, сделать ничего не может - «приходят уже седьмой раз в администрацию смотрят одни и те же документы и пишут отчеты, как эта земля передавалась».

Он же подчеркнул, что сегодня не надо искать, кто передал земли: «Передача из свидетельства на праве бессрочного пользования в собственность – это обязательный порядок сегодня урегулирования всех земельных споров. Земля была совхоза «Турочакского», никто ее не межевал, было свидетельство на праве бессрочного пользования, в эти земли входил Верх-Бийск и Тондошка – кстати, по Верх-Бийску совершенно другая ситуация, там другой владелец и Кыдатов не имеет к этому отношения. Там владелец — предприниматель Щекин, он не из Республики Алтай, и он по другому пути пошел — он за 10 тысяч скупал паи непосредственно у членов совхоза «Кебезенский». Я, конечно, ни в коем случае не осуждаю людей за это, нужны были деньги и на этом сыграли предприимчивые люди, которые заезжают сегодня в Верх-Бийск, и мы знаем, там были и поджоги, и собаку застрелили... («Но это не верх-бийчане! У нас к таким методам никогда не прибегают люди!» - категорично высказала женщина). Значит, это провокация...

«Да, специально сталкивают лбами, нагоняют жути! – Согласилась женщина. - Под этим предлогам ходят по дворам представители полиции и говорят — не вздумайте ехать на митинг, запугивают людей!»

- Ну, перестаньте, это уже придумываете, - не согласился Рябченко.

- Нет, есть такие факты, - сказала женщина, и ее поддержали из толпы. Люди тут же припомнили главе района его слова о том, чтобы от Верх-Бийска было не более 50 человек, и это не вяжется с его недавно прозвучавшим сожалением по поводу невеликой многочисленности митингующих.

Рябченко призвал не поддаваться панике, и тут же женский голос призвал «сжечь всех предпринимателей». «Вы жжете-то совершенно не тех, кто виновен в этом... И я уверен, что поджоги — не дело жителей Верх-Бийска, кого-то привезли, подкупили, а мы обсуждаем, не надо создавать ажиотаж на этой проблеме и развивать междоусобыне интриги и войны», - разговор становился опасным и Владислав Рябченко с него плавно свернул и предложил в резолюции митинга записать обращение к собственникам земельных участков, чтобы они воздержались от свода леса.

Один из присутствующих поставил острый вопрос — если не заниматься лесом, то чем? И земли есть вроде бы, но только вот и Чойский, и Турочакский районы сельскохозяйственными не назовешь, этим здесь заниматься невыгодно. «А что, только сосну на берегу Бии рубить? Езжайте на деляну, сегодня 17 арендаторов... Вот Киронда выступал, он всю жизнь работает на лесозаготовке, и он хоть один закон нарушил? Что говорите-то? Лесозаготовки и варварская вырубка — это совершенно разные вещи. Сегодня предприниматели с лесом работают — вы что думаете, он даром дается, что ли? Очень тяжелая копейка на лесозаготовках. А вы хотите оправдать рубку соснового бора тем, что вам кушать нечего? Это совершенно не выход», - ответил глава района. «Есть понятие защитный лес, а есть понятие эксплуатируемые леса. И защитный лес не должен врубаться ни в коем случае», - поддержал его мужчина.

Мария Ельденова представила соседний Чойский район и сказала несколько слов: «Надо гнать поганой метлой всю эту власть (аплодисменты, - прим. авт.). Есть закон о местном самоуправлении и прежде чем что-то заводить в районе, надо советоваться с народом. Должны были собрать народ, проконсультироваться с ним — разрешает народ вырубать? Разрешает народ делать какое-то предприятие? (аплодисменты, - прим. авт.) Власти что в Турочаке, что в Чойском районе этот закон нарушают. Чойский район вас поддерживает, мы ездили и в Новотроицк, и когда какая-то беда в Турочаке — мы едем, потому что мы единый народ, потому что тайга — наша кормилица (аплодисменты, - прим. авт.). В нашем районе минлесхоз судится с Борисовым, главой, там такая же идет свистопляска... а когда в суд приходят — не могут предоставить документы на собственность и даже на аренду. Борисов говорит — район получает за это деньги, и проигрывает эти суды. Я на этих судах бываю... Вам надо собраться и подать в суд, и пусть ответит тот, кто там пилит и на каких основаниях, давал ли народ согласие, был ли сход, и если нет — пусть эти «собственники» катятся к чертовой бабушке (аплодисменты, - прим. авт.)».

Мария Ивановна также поддержала предложение Владислава Рябченко о митинге в Горно-Алтайске, мероприятии республиканского масштаба.

На митинге присутствовала и выступила глава ГТРК «Горный Алтай», председатель Общественной палаты РА Татьяна Кончева. Вот что сказала она:

- Замечательное мероприятие, вы собрались, организовались... Но хотелось бы немножко неприятные вещи сказать. На самом деле, кто работает на этих делянах, кто вырубает? Я не думаю, что приезжают китайцы или корейцы, которых тут называют – приезжают наши же, местные жители, наши односельчане… Правильно же? («Именно Москва, Барнаул!», «О чем вы говорите?!» - из толпы, - прим. авт.) Я прошу вас не перебивать, я же вас не перебивала. Местные жители, свои же – не те, которые здесь стоят, а те, которые находятся там. И каким образом эти участки оказались в собственности? Вы знаете, говорите, КПРФ, он член вашей фракции, - да, он сейчас, может быть, номинально вышел, но оформил все эти участки, паи на другие лица. Но мы все знаем, кто собственник, и выступающие здесь, на митинге, были в числе тех, кто участвовал в этих процессах. А сейчас все бьем себя в грудь и выступаем защитниками. Я не говорю про вас, я про тех… не буду называть имен, чтобы здесь их не обижать, но они здесь выступали. Поэтому давайте все-таки разум включим. И хотела бы тоже открыть, может, не такую великую тайну, но ваш глава района... Он тоже один из организаторов, глава поселения ваш, мы сегодня с ним беседовали, и то, что Нелли Степановна здесь... То, что власть и общество объединяется – это здорово, и я вам обещаю – то, что сегодня было, мы это покажем, и увидят и главу района, и всех нас… не просто покричали и разошлись, а нужны грамотные и правильные действия, юридически… хорошо, что и общественные объединения, и партии предлагают свои услуги, и юристы – вот Мария Фоминична… у ситуации есть и вторая сторона – то, что касается реки Лебеди, она уже черная, желтая от золотодобычи. Шестого декабря мы планируем выездное заседание Общественной палаты с приглашением правоохранительных органов, прокурора Республики Алтай, эти вопросы все будем обсуждать. Обещаю, что не оставим этот вопрос, будем наблюдать и как СМИ, и как Общественная палата. 

Юрий Тарбаганов из села Кебезень тоже выступил на митинге: «Говорим про лес — все это правильно, конечно, я со всеми тут согласен. Но другой занятости-то нету особо у мужиков — прежде всего, у мужиков! Все стараются как-то где-то что-то заработать. Вот сегодня, допустим, благодаря этому лесу кто-то что-то заработает, принесет деньги в семью и порадует своих детишек. Занятости-то нету, правильно? («Деньги нельзя жрать! Дышать ими нельзя!» - женский голос из толпы, - прим. авт.) Да, да, это говорит кто... конечно, все сделали упор на тайгу, на лес... Вот сейчас они вырезают в Тондошке, а в Тондошке как были дороги дурацкие, как был клуб в нищете — так и останется все. Ничего для них не сделается, потому что кто-то выкупил с Москвы эти леса... Вы только Тондошку увидели, а в тайге это все десятки лет вырезается («И что, давайте все рубить? Что вы вышли сказать?» - из толпы, прим. Авт.)... да занятость должна быть! (Шум, крики, «На пихтаче работайте!» - прим.авт.) В цивилизованных странах как? Там прежде чем вырезать эту сосну, выращивают дерево сантиметров 10, спиливается, а потом на это место возле пенька ставится такой же лес... («Что нас учить-то?» - возмущались из толпы). А чем заниматься, чем? («Да не это сейчас обсуждается!», «Ага, а что вы предлагаете, ради куска хлеба...»)

Татьяна Жандарикова захотела ответить выступавшему: «Мы вас понимаем, про это и сказал глава района, лесом вы и занимайтесь, только у тех предпринимателей, которые берут деляны где положено, а сейчас речь идет о защите соснового бора. Местные жители, не идите вы береговую зону рубить, вот о чем речь сейчас. А то, что вы сейчас объясняете – люди это все знают».

- Для меня лес что в Тондошке, что в Кебезени, что в Удаловке – для меня все это лес Алтая, понимаете? Для меня это все важно, тайга — не тайга, возле берега или нет, как это все израсходуется... вот здесь по краям вроде лес, а зайдите вглубь — нету его давным-давно, одни пеньки стоят. Правильно? - продолжил мужчина. («Давай следующий!» - высказывались из толпы). Когда я вижу, что эти озеленители с корнями копают кедр, а мы проводим Тюрюк-байрам так называемый... а его выкопали с корнем и увезли в Москву за деньги («Это другая тема!», «Мы не из-за этого собрались!»)... Ага, вы собрались не из-за того, ваши интересы только...

На сцену прошел еще один мужчина (из толпы его назвали Володей):

- Здравствуйте, товарищи. Я представитель Верх-Бийского лесничества, и мне очень обидно, горько... я работаю в лесничестве с 1994 года. Мы Тондошенский бор в свое время охраняли, спали там, ночевали. Когда «Камаз» леса оттуда вывозился, то было ЧП для всего лесного хозяйства района. А то, что произошло в Дайбово — это варварство. И самое печальное — когда Дайбовский бор вырубался, это не стало уроком. И после этого предприимчивые людишки — я только так их назвать могу — скупили паи и начали вырубать Тондошенский бор. Мы вчера прикинули примерно, сколько было вырублено — порядка 120 тысяч кубометров леса за полтора года, это примерно 200-250 миллионов люди положили в карман. Это печально, конечно. Я понимаю, что район отсюда ничего не получил.... Хочу призвать, чтоб наш митинг не был пустым, чтоб приняли решение, чтоб с сегодняшнего дня ни одна машина не могла выехать с сосной за пределы района(«Да!», «Во-от!», аплодисменты). У нас есть здесь районная власть, сотрудники ГИБДД, полиция и прочее, Россельхознадзор, которые, я думаю, найдут препоны, чтоб автомобили с лесом не вышли и готовить перестали... Выезжали с сотрудниками прокуратуры — там половина тракторов, получается, без документов. Если будет желание — можно найти рычаги воздействия. Сейчас вот рубка произошла, наступит лето, и вот эти 10-12 тысяч гектар вырубленных будут пороховой бочкой для Турочакского района. Малейшее возгорание — стекло, спичка – и если все загорится, то мало всем не покажется. Нужны меры воздействия. Вот сейчас кто лес рубит — я смотрел, у них какие-то проекты, написанные на двух листочках – свод леса, выкорчевка пней и так далее. Органы прокуратуры, РОВД, пожалуйста, займитесь этим делом.

Аплодисментами наградили и этого оратора.

«На Бийске поговорили, о Лебеди поговорили, а кто о Бие поговорит? («Да поговорили уже!») А что — говорили? Ступени кто будет собирать? Вы посмотрите, на Бие широколобка подохла, селем сдох, хариуса не стает... Ступени падают в озеро, а сколько их на горах валяется? Никто же не собирает! Щучинов только говорит — все хорошо, все чисто. Кто же этим займется? Или самим Щучиновым? Спасибо», - некоторые выступавшие забывали представиться.

- Здравствуйте, дорогие собравшиеся. Меня зовут Павел Пастухов и я приехал из Горно-Алтайска. Приехал потому, что тоже не могу смотреть на эту проблему, возникшую в вашем районе. Спасибо, конечно, что поддерживает соседний, Чойский район, потому что там ситуация тоже накаляется... У меня несколько вопросов. Первый – почему наша власть, которая находится здесь, не может ничего сделать? (Аплодисменты). Глава Турочакского района — он же здесь был? А сейчас где? Здесь? А можно задать вопрос — а зачем вы тогда здесь нужны? Если вы ничего не можете сделать с этим? Я вам дам микрофон, ответьте, пожалуйста, вот все перед вами стоят — зачем нам власть такая, которая не может повлиять? Я думаю, у вас есть такие полномочия, чтобы сейчас заблокировать эти вырубки, хотя бы через МВД, вот тут человек уже сказал – чтоб не вывозили этот лес....

Владислав Рябченко не стал молча слушать Павла Пастухова, а воспользовался предоставленным ему микрофоном: «Во-первых, возможности муниципальных властей сильно преувеличены, конечно. И сегодня любое действие, которое совершает должностное лицо, будь то глава сельского поселения или уровень районной администрации, сразу будет обжаловано в органах прокуратуры, если мы будем нарушать наши законы. Сегодня надо менять законодательную базу. С введением нового Лесного кодекса мы получили эту проблему. Лес раньше разделялся — лес охранялся государством, земля могла принадлежать хоть кому... Сегодня Лесной кодекс и Земельный кодекс разделили. В этом вся проблема».

- Хорошо, другой вопрос. Если муниципальная власть не может что-то сделать здесь и сейчас — скажите, пожалуйста, куда нам тогда обращаться? Если прокуратура не может повлиять на вырубку лесов — куда нам обращаться? - задал вопрос Павел Пастухов. - Скажите, куда – мы пойдем в то место, встанем там и будем требовать мораторий на вырубку сосны. У меня главные вопросы все-таки к администрации, правильно? (Толпа одобряет). А то мы здесь постоим, свой пыл выплеснем и потом опять тишина будет. А «Камазы»... я говорю, я сюда ехал, и «Камаз» опять вывозил лес. Сейчас стало меньше, раньше целые колонны шли, а сейчас, когда объявили, что сегодня митинг, стало меньше. Но они едут! («Они ночью едут!», - кричали люди). И еще — если говорят, что администрация нас поддерживает, так почему митинг организуют люди, а не администрация? Где вы были в сентябре, когда узнали об этом законе? (аплодисменты). Ладно, допустим, я с удовольствием поддержу вас и приду к Госсобранию — Эл Курултай, встану там в одиночном пикете, могу попробовать организовать митинг там — может, у них там полномочия есть? Или, может, в прокуратуру идти? Самое главное - я не могу понять, куда нам идти, куда нам обращаться. («Мы тоже не знаем!», «Москва, только туда», - звучали мнения). Скажите, в какие двери стучать? «А почему Бердников руками разводит?» - возглас). Вот, самый большой вопрос, конечно – к нашему высшему руководству. А ведь не первый месяц и не первый год вырубки идут такие массовые. («Мы-то это прекрасно знаем!») Я буду стоять здесь до тех пор, пока не услышу ответ — куда нам идти. («Менять главу!» - крикнули из толпы митингующих). Какого главу? (шум, потом возглас: «Республики Алтай!»). Вот сейчас придет большой человек, я его очень уважаю, передам ему микрофон.

- Я хочу задать один вопрос, пока телевидение здесь, - сказал поднявшийся на сцену мужчина, обошедшийся, впрочем без микрофона. – Ветровалу будет море, а мы не имеем права даже его клеймить и брать, пока в Москву документы не уйдут! (Многократное «Да!» было подтверждением) Вот пока телевидение здесь, был один хозяин от Петра и доныне — лесник хозяин в тайге. Но не всякая мразь! («Да!», «Вот, правильно!» на разные голоса, и аплодисменты). Лесник – с него и спрос. Я прохожу мимо, визир делаю — не имею права, стоит вот рядом, два метра — не имею права взять лесину, вот Николай Скопинцев не даст соврать! А законы какие дебильные?! Кто их принимает? Мы нужны только когда нас хотят использовать, чтобы к власти прийти, дальше мы — быдло! А что, не так, что ли? Что лукавить? (Публика поддерживала практически каждое слово оратора, - прим. Авт.) Самих себя не обманете. А что скажешь ты Славе Рябченко — я так обращаюсь, извините. Он пришел недавно, но он был в сельсовете и тоже знал про это. А откуда началось Дайбово? Оттуда началось, та власть — она же не ушла, она среди нас, набила карманы и ушла... («На пенсию», - подсказали ему). На пенсию! Ты платишь налоги, чтоб он пенсию получал, а он и так наворовался. («А у некоторых — пенсия...» - многозначительно заметил тот же голос, будто подразумевая немалый ее размер). Ну, не знаю я про пенсию, дай бог дожить до нее, но мы себя сами обманываем. Не кто-нибудь — мы сами виноваты. Вот вы говорите — в тайге... Я вчера на отводах был — вот такой снег. Потому в радость ходить. А мокрый если? Пусть пробует кто-нибудь. Все Кыдатов не может взять. Хочет лесом заниматься — ради бога, берите аренду, берите деляну, работайте, вкалывайте, платите налоги, ваши дети, внуки тут живут, сажайте лес, ухаживайте — вы поймете, почем фунт лиха!

Участники митинга кричали мужчине «Молодец!» и очень активно аплодировали.

Еще один пожелавший высказаться сообщил следующее: «Раз вы проиграли суды, эти земли отнесли к землям сельхозназначения — предложение сельхозуправлению нашему: отвел, допустим, пять гектаров, он гектар вырубил, отвел, пеньки скорчевал, фрезой прошел и вспахал, чтоб действительно была земля сельхозназначения, а не бардак какой-то. Следующий десяток вырубили — скорчевали, фрезой прошли, вспахали...»

- Здравствуйте, я представитель села Турочак, я буквально три минуты ваших займу... тут очень много говорится про лес, который вырубается незаконно, но у нас наше село Турочак — может быть, хватит тоже вырубать лес? Я очень прошу. Мы питаемся этим лесом — грибы, ягоды... Буквально, выезд из Турочака, напротив турбазы «Лебедь» – отстоять этот лес, пока он не находится в зоне вырубки. Там весь Турочак, по секрету сказать, собирает опята, там столько грибов, там столько ягод... Я умоляю вас, власти Турочака — сделайте его каким-то природоохранным памятником... И лес, который находится за ЛЭП, чтобы он остался для наших детей, чтобы мы могли водить экскурсии туда, чтобы он был чистый... был ветровал, остались бревна. Ветки, все осталось, мы там ходить не можем. Я думаю, все жители Турочака меня поддержат, - эмоционально выступила женщина.

Перед зачитыванием резолюции митинга попросила разрешения выступить еще одна жительница Турочака: «Меня, наверное, многие знают, а кто не знает – я Звоскова Нина Семеновна, живу здесь 50 лет. Спасибо за то, что подняли эту проблему. Я с этой проблемой бьюсь два года, которая у нас в Турочаке. Конкретно — я подняла вопрос по лесоохранной зоне, которая у нас охраняет водоснабжающую скважину. Два года мы с Виктором Валерьевичем (Осиповым, - прим.авт.) бьемся. Когда он пришел к власти, он нас призвал жить по совести, но почему-то по совести он не поступил, а сразу вырубил весь пихтач вокруг села и образовал пожароопасную зону, которая в любой момент может привести к пожару. Ему показалось этого мало и он начал вырубку – экстренно – леса, который являлся парковой зоной по Генеральному плану села. Мы этот план с вами вместе и утверждали — кстати, тогда был Владислав Васильевич еще. Эти зоны парковые официально были утверждены, и вдруг Виктор Валерьевич находит документы, которые не соответствуют тому, что Генплан был утвержден нами, жителями, которые его сегодня выбрали к власти. Но этого мало. Мы собрали подписи и обратились в прокуратуру. Вот сейчас ведется речь — надо обращаться в прокуратуру, надо обращаться в суд... И, думаете, что? Прокуратура два года ведет это дело, в результате Виктор Валерьевич доложил на отчете, что суд отказал. И вот скажите, куда теперь обратиться нам? Лес выпилен, теперь туристическая база вместо этого леса, и вода раньше охранялась этим лесом, и село наше большое хоть чуть-чуть от ветров было защищено. А теперь свободный доступ - у нас ураганы были уже и воды скоро не будет, если мы так варварски «по совести» жить будем».

Женщине тоже аплодировали, но один из мужчин все же высказался в противоположном ключе: «Я хочу защитить Виктора Валерьевича. Совсем не тот масштаб в Турочаке. Может, он и нарушил что-то, с ним разберутся органы. Но благодаря Виктору Валерьевичу мы все здесь собрались, он шагает с нами в ногу и очень сильно нам помогает («Вот это он может организовать, а работу — нет!» - сказала та же женщина). Все петиции составляет, у него юридическое образование, очень сильно нам помогает». («Спасибо ему!», «Спасибо!», «Спасибо, другими глазами посмотрели на него», - в то же время звучало от людей).

- Хочу свое видение высказать. Вот этими мерами, что мы здесь страсти-мордасти... Ничего мы не сделаем. Потому что ситуация — глобальная. Планета перешла черту, за которой уже природа не может восстановить тот ущерб, который мы ей наносим — это не в Турочаке и Тондошке, это во всем мире. Если мы будем продолжать дальше так, нам будет полный капут. Те способы и методы, которые предлагаются — они ничего не дадут. Законодательство страны приведено в такое состояние, что никто ничего не может. Это результат большой политики. Это надо осознавать, и вес эти крики — ничего не дадут. Точно так же, как в Горно-Алтайске два или три года назад тоже был митинг по этому же поводу, по поводу Кыдатова — там тоже такие методы звучали, что прокалывать колеса, чтоб не вывозили лес, и в то же время идете рубить этот лес, потому что это ваша работа. Тут большие вопросы, которые надо решать на большом уровне, - прозвучало еще мнение от мужчины.
Организаторы зачитали резолюцию митинга.

«Мы, участники митинга, требуем:

I.От контрольно-надзорных органов, прокуратуры, Минприроды России, Министерства внутренних дел:

1.Остановить вырубку леса на территории Турочакского района на землях сельхозназначения.

2.Провести комплексную проверку правомерности рубки лесов на землях населенных пунктов Турочакского района.

3.Остановить систематическое загрязнение рек республики Алтай золотодобывающими предприятиями и усилить контроль за ними.

4.Провести проверки в отношении действий (бездействия) ответственных лиц по вышеизложенным обстоятельствам и отчуждения земель сельхозназначения уполномоченными от лица государства органами.

II.От Главы Республики Алтай:

1.Ввести мораторий на рубку сосны землях сельхозназначения в Турочакском районе.

2.Принять меры к установлению границ земельных участков на местности, отнесенных к категории лесного фонда в Турочакском районе!

3.Организовать работу по отнесению многолетних деревьев, произрастающих на землях сельхозназначения, к лесу.

III. Назначить организаторов митинга Стенину А.А. и Копыл Л.М. ответственными за направление настоящей Резолюции Президенту и Председателю Правительства РФ, в органы исполнительной власти и СМИ».

Резолюцию приняли единогласно. Зинаида Тырысова добавила: «Я еще раз повторюсь – для того, чтобы добиться положительного результата, прошу в резолюцию включить пункт о составлении акта о признании тех участков, о которых речь идет, лесом. Потому что если это земли сельхозназначения, там по закону не указывается, что есть лес. Если мы примем такое решение — как руководитель экологической организации я помогу поработать с документами... Если мы признаем, что это лес — это тогда это уже относится к компетенции министерства природных ресурсов, и контроль тогда возможен, и все обращения в прокуратуру, к президенту и так далее уже будут действенны, потому что лес — это природный ресурс общего достояния».

Вот такое сообщение нашлось на сайте Турочакского района:

«21 ноября состоялось экстренное заседание Правительства Республики Алтай на котором был рассмотрен вопрос о вырубке деревьев вблизи сёл Тондошка и Верх –Бийск на землях сельхозназначения. В ходе совещания глава региона Александр Бердников отметил, что необходимо экстренно реагировать в сложившейся ситуации, максимально приложить усилия для прекращения рубки леса.

Как пояснили в Турочакской прокуратуре, 24 ноября Прокурор Турочакского района обратился в Турочакский районный суд о понуждении ответчиков прекратить осуществление рубок лесных насаждений на принадлежащих им земельных участках, а так же произвести очистку данных земельных участков от порубочных остатков.

В рамках данного искового заявления прокурором заявлено ходатайство об обеспечении иска в виде запрета для ответчика, совершать любые сделки с земельными участками, осуществлять любые действия, связанные с вырубкой деревьев, находящихся на данных земельных участках, по отчуждению деревьев, их заготовке и вывозу.

Определение Турочакского районного суда 28 ноября 2017 года, ходатайство Прокурора удовлетворено. Определение подлежит немедленному исполнению и в настоящее время находится на исполнении в Турочакском районном отделе судебных приставов».

При этом, как стало известно «Листку» из многочисленных сообщений в социальных сетях и в обращениях в редакцию, грузовики с лесом все идут. Нам прислали вот такое письмо:

Здравствуйте, уважаемые редакторы газеты «Листок»! Пожалуйста, прошу вас опубликовать мой шок. Моё имя Евгений, я из Кемеровской области.

Мы с семьёй часто ездим к друзьям в г. Горно-Алтайск и любим путешествовать по Республике Алтай. Она вдохновляет нас своей первозданной природой, которой в нашей стране осталось совсем немного. Вот и в этом году, в ноябре, взяв несколько дней отпуска, мы отправились по накатанному маршруту.

По пути мы заехали в турочакский магазин (Турочакский район, село Турочак) и разговорились с местными жителями. Оказывается, в их районе в водоохранной зоне вдоль реки Бия и вдоль трассы Артыбаш-Бийск ведётся обширная вырубка лесов. Нам трудно было в это поверить. В водоохранной зоне?! Но как же так?! Ведь по закону это строго запрещено! Мы захотели увидеть всё своими глазами. Временем располагали, и в сопровождении местных жителей мы отправились.

Проехали всего ничего и нам открылась совершенно другая сторона Алтая. Нашему взору предстала ужасающая картина безжалостно уничтоженных больших лесных площадей вдоль реки. Как мы поняли, люди здесь доведены глухотой и равнодушием местных чиновников до такого отчаяния, что хватаются за «вилы и топоры», жгут авто-технику у лесорубов и убивают собак, охраняющих "деляны", выходят на митинги, пытаясь хоть как-то защищать природу. В свою очередь, «собственники» "делян" тоже устраивают нападки на самих граждан и их имущество. Такое впечатление, что 90-е годы отсюда и не уходили.

На такую «экскурсию» у нас ушло несколько часов, но это время оставило неизгладимый горький след в моей душе и душах членов моей семьи.

Попрощавшись с местными жителями, ошеломлённые, с тяжёлым сердцем, мы продолжили наше путешествие. Проезжая по трассе через село Паспаул в Чойском районе республики, мы очень удивились тому, что перед нами на трассу в районе магазина «Корзинка» из глубины деревни вывернул КАМАЗ, регистрационный номер А028АН(04) (мой старший сын успел заснять видео), нагруженный свежеспиленными кедровыми брёвнами.

Но как же так?! Как рассказали нам жители села Турочак, в Чойском районе рубка и вывоз леса запрещены на то время, пока идут судебные тяжбы с фирмой ООО»Агроснаб», которая на незаконных основаниях присвоила местные земли под вырубку. Мы свернули к магазину, я решил поспрашивать уже жителей Паспаула. Они подтвердили, что всё верно и действительно в Чойском районе действует запрет на вырубку и вывоз леса. Ведутся судебные тяжбы по незаконной вырубке лесов в водоохранной зоне реки Малая Иша. Ещё местные жители возмущены тем, что проданы даже кладбища с их предками. У меня зашевелились волосы на голове от таких новостей.

На время судебных разбирательств глава республики гарантировал усиленный государственный контроль. Другими словами – ни одно дерево спилено и вывезено не будет. Но как мы убедились, никакого государственного контроля нет. Ведь сейчас при нас выехал КАМАЗ, доверху набитый свежеспиленными кедровыми брёвнами.

Вернувшись в свой автомобиль, я долго молчал, пытаясь осмыслить всё увиденное и услышанное. Я понял, что не могу остаться равнодушным к этому беспределу. Поэтому я рассылаю эту историю по всему миру. Пусть все увидят, как местные чиновники помогают жадным коммерсантам варварски уничтожать природные охраняемые ресурсы Республики Алтай. Теперь каждый турист, направляясь в сторону Телецкого озера, сможет увидеть своими глазами всё это безобразие.

P.S.: Самое любопытное, что мои друзья, проживающие в г. Горно-Алтайске, узнали обо всём этом от меня, жителя Кемеровской области. Местные СМИ по каким-то причинам (возможно, боятся, что получат по шапке от тех же чиновников) оглашать данные о происходящем не торопятся, хотя беспредел этот длиться уже с начала лета 2017 года.

Подготовила Инна Жулаева.

«Листок» следит за развитием событий

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 3.50 (4 голосов)