11 сентября стало понятно, кто будет представлять наши интересы в течение ближайших 5 лет: после очередного единого дня голосования. Если в ходе избирательной кампании будущие наши представители еще худо-бедно пытаются с нами общаться, то после выборов сформированные муниципальные и региональные собрания депутатов станут эдакими «черными ящиками». И только время от времени, когда «черный ящик» вдруг выплюнет какое-нибудь не слишком приятное для граждан постановление вроде регионального закона о штрафах за сжигание мусора в саду, кое-кто из избирателей начнет задаваться вопросом: а кто же персонально приложил к этому безобразию руку? Задастся и, скорее всего, обнаружит, что за непопулярный, а то и прямо коррупционный документ проголосовало несколько десятков депутатов, еще какое-то количество депутатов голосовало «против», но кто и как голосовал конкретно — загадка. На дворе XXI век, а этих данных в открытом доступе почему-то нет. Как же это получается?

Изначально, в 1990-х, система голосования в тех же региональных законодательных собраниях была очень простой: депутаты поднимали руки, а члены счетной комиссии эти поднятые руки считали. Это голосование именовалось (и до сих пор именуется) открытым — журналисты, гости сессии и сами депутаты видели, как именно голосуют их коллеги. Исключение — некоторые, довольно редкие вопросы: прежде всего кадровые, по которым изначально проводились и до сих пор проводятся голосования с использованием бумажных бюллетеней и кабинки для тайного голосования.

С появлением сначала в Госдуме, а следом и в регионах систем электронного голосования стали, разумеется, вноситься изменения в регламенты. Но в целом схема осталась прежней: тайные голосования с бумажными бюллетенями, поименные голосования с обязательной официальной публикацией результатов и основной инструмент принятия решений в Заксобраниях — открытые голосования с помощью электронной системы голосования.

При этом понятно, что ни гости сессии Заксобрания, ни коллеги-депутаты, ни даже губернатор (если он явился на сессию и зорко следит, чтобы подопечная фракция «Единой России» голосовала, как велено) не могут увидеть, какую именно кнопку нажал в ходе открытого электронного голосования тот или иной депутат, хотя, повторюсь, голосования с помощью электронной системы — открытые. Возникла необходимость в получении т.н. «распечаток» — протоколов электронных систем голосования.

В Госдуме России этот вопрос решен кардинально: любой избиратель может посмотреть на сайте Думы, как именно голосовал любой депутат через электронную систему. А вот в регионах ситуация в этом смысле может отличаться очень сильно.

В большинстве регионов любой региональный депутат может в соответствии с регламентом получить «распечатку» на основании письменного запроса в аппарат. Но, например, в Законодательном собрании Петербурга, как рассказал мне на днях депутат и обозреватель «Новой» Борис Вишневский, этот вопрос не удается решить уже много лет. Видимо, депутаты-единороссы, составляющие большинство в петербургском парламенте, стесняются показывать избирателям, как именно заботятся об их благе.

Есть и противоположные примеры. Скажем, в моей родной Республике Алтай по инициативе КПРФ в регламент регионального парламента добавлена норма, предписывающая публиковать в интернете результаты голосований через электронную систему.

Норма эта появилась в регламенте в результате скандала. В октябре 2014 года свежеизбранный созыв Госсобрания 33-мя голосами из 41-го принял закон, отменяющий на территории Республики Алтай всенародные выборы глав муниципалитетов. Возник резонный вопрос: кто же эти 33 народных избранника, лишивших собственных избирателей права выбора?

Привычный «запрос от депутата в аппарат» результата не дал: дружественному депутату от КПРФ на его заявление вместо «распечатки» была неожиданно выдана наглая отписка. Тогда мы решили пойти другим путем: был подан запрос о предоставлении информации от редакции местной газеты. В соответствии с Законом о СМИ, по таким запросам государственные органы обязаны в течение семи дней предоставлять любые несекретные сведения.

Однако и на запрос от СМИ была получена такая же наглая отписка. Тогда был подан иск в суд. Все это сопровождалось серией публикаций на тему «мало того, что украли, так еще и не хотят говорить, кто именно украл». Иск был отклонен по формальным основаниям, готовилась подача нового запроса и нового иска после очередной отписки. В этот момент руководство Заксобрания, понимая, что скандал будет длиться и длиться, позволило внести в регламент изменения, подготовленные экс-депутатом Госдумы от КПРФ, к.ю.н. Виктором Ромашкиным. В соответствии с изменениями, результаты голосований теперь просто в течение пяти дней публикуются на официальном сайте Госсобрания.

Когда такая информация может быть интересна? Вот конкретный пример.

6 июля 2017 года, сессия Заксобрания Омской области. На повестке дня вопрос о назначении областного референдума о возврате всенародных выборов мэров городов и глав районов. За постановление об отказе — 26 депутатов, против его в разной форме — 15. Омская область должна знать имена первых и последних.

Сергей Михайлов, экс-депутат Заксобрания Республики Алтай

"Новая газета"

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 4.92 (6 голосов)