Заметил, что чем становлюсь старше, тем более чувственно и переживательно встречаю каждую очередную годовщину Дня Победы. И ещё мне кажется, что с некоторых пор День Победы становится главным юбилеем нашей страны – возможно с тех самых пор, как были политически дискредитированы ранее сверхмасштабные Седьмое Ноября и Первое Мая.

В этом году восьмого мая я таксовал до самого позднего вечера, и дорожные службы Горно-Алтайска тоже продолжали неуёмно работать, трассируя Коммунистический проспект в районе Парка Победы белоснежными разделительными полосами, будто подчеркивая ими всю важность предстоящего праздника. В городе экстренно был наведен порядок, и он, и всё вокруг – и наглядная агитация, и репетиция парада, публикации в соцсетях, программы и фильмы по телевизору – всё опять начало напоминать нам о тяжёлой победе Советского Союза в войне против фашистской Германии.

Ровно год мы, по ниспадающей гиперболе, забываем, заслоняем ежедневной суетой свою память о Великой Отечественной войне, но девятого мая скорбь и гордость тащат нас к мемориалам и памятникам, к торжественному митингу и к Вечному Огню.

Я – не исключение, и утром девятого мая я сидел на скамейке в горно-алтайском Парке Победы и читал… Юнга. Карл Густав Юнг – это один из признанных «светил» психологии, но я читал его не специально – просто совпало. И в предмитинговой подготовке до меня доносились юнговские мысли:

«Всё, что происходит в сегодняшнем мире, является результатом того, что происходит в человеческом разуме. Тем не менее, много ли людей принимают на себя труд рассмотреть разум, скажем, Хрущёва или Эйзенхауэра, или основные психологические причины для таких движений, как нацизм, коммунизм? Что было бы с нами, если бы один из нынешних мировых лидеров вдруг сошёл с ума?»

Действительно, - подумалось мне. – Война – это же чистое безумие, форменное сумасшествие. И фальсификация массовой аморальной идеологии, как правило, является результатом чьей-то мании величия.

Но ведь наша война была оборонительной. И наш многонациональный народ в тот раз победил нацизм. И мы - словно наследники той Победы семидесятитрёхлетней давности – традиционно искренне поздравляем друг друга с событием, в котором сами не участвовали, но сопричастность к которому пока ещё несём в своём сердце.

И так я сидел на скамейке в Парке Победы, размышляя об участниках войны, которых в живых уже практически не осталось, и тут: мимо меня рекой потёк «Бессмертный Полк». Вообще-то, он, конечно, шёл по Коммунистическому проспекту, но люди, несущие фотографии и имена своих дедов и прадедов, после прохождения по главной улице Горно-Алтайска, сворачивали в парк и, получалось, все шли по дорожке мимо меня. И казалось, что бесчисленные судьбы фронтовиков проходили сквозь моё сердце. И я видел, что единение народа было естественным и добровольным. И фамилии на многих транспарантах были чисто алтайские, и многих из участников шествия я либо знал, либо возил в такси. Так что слухи о том, что «Бессмертный Полк» нынче сплошь состоит из волонтеров с липовыми табличками и случайными фото участников войны, абсолютно не верны, по крайней мере, для Горно-Алтайска. Говорят, что даже организатор и основатель акции «Бессмертный Полк» уже не принимает в ней участия по причине её политизации. Говорят, что российская власть с помощью этой акции морально готовит новое пушечное мясо для новых войн… Много чего говорят. И многие верят. Многие раздражаются и негодуют.

Лично же я считаю, что наша малейшая агрессия, наши обиды и раздражения – по капле от каждого – собираются постепенно в огромные тёмные тучи гнева. И тучи эти ползут по миру в поисках тех людей и тех мест, в которых бы им было легко проявиться, и проявляются в конце концов локальными войнами, террористическими актами и криминальными случаями. И, может быть, именно наша капля зла переполнит ту чашу, которая выльется на головы людей в «горячих точках» планеты Земля?

Существуют такие словосочетания как «Воин Света», «Мирный Воин» - и суть их в том, что, побеждая себя, исключая из своих эмоций ненависть и раздражение, становясь добрее к ближним, человек уже может сделать многое для мира. И в сегодняшних условиях, по-моему, именно таких воинов должно становиться больше. И если и принимать участие в какой-то войне, то только в информационной – на стороне справедливости и здравого смысла.

Разве не очевидно, что милитаристы всего мира искусственно нагнетают напряженность, чтобы было где испытывать и демонстрировать свои вооружения или тактические наработки? И это касается и зарубежных, и отечественных вояк. А парни, которые погибают в Сирии, Иране, Чечне (и т.д.) опять оказываются разменной монетой чьего-либо сумасшествия.

- У них, может быть, и появятся такие же передовые вооружения, как у нас, но никогда у них не будет людей настолько крепких духом, - воинственно вещал на митинге 9 мая Глава Республики Алтай, приводя в пример российского офицера, подорвавшего себя гранатой в окружении боевиков в Сирии.

Я нисколько не принижаю подвиг нашего офицера, но предпочёл бы, чтобы подвиги в наше время совершались другие. Например, считаю, что даже чиновник способен на подвиг, если успешно решает вопросы достойной физической и духовной жизни вверенных ему людей. О каких же мирных подвигах может идти речь, если большинство жителей республики нищенствует?

Просто недавно мне снова выпала честь покатать достаточно высокопоставленных чиновников, действующих в регионе Республики Алтай. Я был приятно удивлён, насколько это грамотные и сообразительные люди. Вот только почему-то за время поездки все их мысли касались только схем и планов личного обогащения, и даже цель поездки, похоже, тоже преследовала какой-то очередной распил.

Но давайте уже не злиться на этих и других представителей власти, а то вдруг снова где-нибудь полыхнёт огонь войны, обрекая людей на необходимость проявления силы Духа в военных условиях. Место для подвига есть везде и всегда. Например, как говорила Мать Тереза: «Что вы можете сделать для укрепления мира во всем мире? Идите домой и любите свою семью».

Просто таксист

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 5.00 (1 голос)